Авторское право в России: ориентация на европейские соглашения или поиск «своего пути»?
Авторское право в России: ориентация на европейские соглашения или поиск «своего пути»?

Авторское право в России: ориентация на европейские соглашения или поиск «своего пути»?

20.08.2013

Касаясь вопроса авторских прав, россияне чаще всего апеллируют к IV части Гражданского Кодекса. Норм, прописанных в этом документе, чаще всего хватает для того, чтобы верно сориентироваться в конкретной ситуации. В большинстве случаев люди не видят необходимости обращаться к текстам международных договоров и соглашений, в той или иной степени касающихся темы авторского и смежного права.

Между тем, учитывая грядущие изменения законодательства РФ, необходимо помнить, что Россия обременена и международными обязательствами, имеющими серьезную юридическую силу (и, соответственно, последствия за неисполнение!). Настолько серьезную, что не принимать их в расчет не представляется возможным.

Взятые Российской Федерацией обязательства, в первую очередь, ставят перед отечественными законодателями ряд серьезных ограничений в методах, жестко обозначают границы возможного действия. Отказ же от них неизбежно нанесет серьезный экономический ущерб. Названные обстоятельства обуславливают необходимость проанализировать основные международные соглашения, когда-либо подписанные Россией в этой сфере.

Начнем с международных конвенций. Первая из них была заключена в Берне еще в сентябре 1886 года. Она определяла порядок охраны произведений искусства и литературы. Впрочем, до марта 1995 года в России имела силу лишь шестая статья названной конвенции, регламентирующая «возможное ограничение охраны» отдельных творений «граждан определенных стран, не входящих в Союз». 13 марта 1995-го Россия вошла в число полноправных участников конвенции, последние поправки в которую, к слову, не принимались, начиная с сентября 1979 года.

Парижская конвенция, касающаяся охраны промышленной собственности, была заключена между 15 государствами Европы тремя годами ранее, в 1883-м, однако СССР участвовал в ней с 1965 года.

С 1891 года действует договор, касающийся международной регистрации торговых марок. Это соглашение, заключенное в Мадриде, и не претерпевшее за более чем сто лет сколь-нибудь серьезных изменений, было ратифицировано СССР в 1976 году.

Далее, уже после второй Мировой Войны, в сентябре 1952 года, была принята женевская «Всемирная конвенция об авторском праве». Первая редакция этой конвенции, вступившая в силу осенью 1955 года, не удовлетворила Правительство СССР: Советский Союз присоединился к участникам конвенции только в мае 1973 года.

Ну а закончить рассмотрение основных межгосударственных договоров, касающихся охраны авторских прав, логично было бы «Женевской конвенцией об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизведения их фонограмм». Несмотря на то, что Конвенция была принята еще в 1971 году, Российская Федерация же принимала участие в этом союзе только с 1995 года. Это знаменательное событие произошло в процессе вступления нашей страны в ВОИС (что расшифровывается как Всемирная Организация Интеллектуальной Собственности). Необходимо отметить, что на протяжении многих лет ВОИС не имела представительства в РФ – российское правительство подписало распоряжение о его создании менее полугода назад – 23 марта.

Между тем, влияние ВОИС в сфере договоров между государствами, так или иначе имеющих отношение к авторскому праву, сложно переоценить. Так, названная организация администрирует «Международную конвенцию об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещaтельных oрганизаций», история которой начинается в 1961 году в Риме. Россия присоединилась к этому договору в мае 2003 года. Существует так называемый «Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам (ДИФ)», принятый в декабре 1996 года. Этот договор был подписан РФ в феврале 2009 года с уточнением, согласно которому государство не будет использовать критерий записи, оговоренный подпунктом b первого пункта пятой статьи Конвенции.

Развитие отечественного законодательства невозможно представить и без «Договора ВОИС по авторскому праву (ДАП)». Он принят практически в один день с ДИФом и подписан Россией в один день с подписанием названного выше документа – 5 февраля 2009 года. Являясь на данный момент наиболее поздним из международных соглашений, этот документ дополняет Бернскую, Мадридскую, Парижскую, Женевскую конвенции в соответствии с реалиями сегодняшнего дня.

Весьма важной составляющей международного авторского права выступают и многочисленные договора между государствами, которые не входят в компетенцию ВОИС, однако выполняют весьма важную функцию детализации сотрудничества в сегменте интеллектуальной собственности. Такие договора заключает, разумеется, и Россия. Отражая в своих названиях «двухсторонность намерений» в сфере авторского права, они призваны максимально регламентировать частные моменты правовой практики (например, способы охраны авторских прав писателя в стране, с которой заключается договор), определяют права и обязанности сторон в случаях нарушения прав на интеллектуальную собственность, ущемления автора в правах.

Эти договора, казалось бы, «незначительны». Однако их суть необходимо учитывать при формировании отечественной правовой зоны авторского права, поскольку в основе названных соглашений лежат международные конвенции, ратифицированные большим количеством государств, а значит, выйти из них, расторгнуть договор будет не так-то просто с юридической, да и с моральной точки зрения.

Выделим еще несколько международных договоров и конвенций, важных для эволюции институтов авторского права в России.

Во-первых, это пакет соглашений, заключаемых в свете вхождения в число участников ВТО. Особо отметим входящее в состав этого пакета «Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности». По своему правовому смыслу оно созвучно положениям конвенции, заключенной в Берне; ряд отличий в тексте документа отражают нюансы смежных прав или особенности ретроохраны.

Ретроохрана авторских прав актуализируется неясностями, связанными с творческим наследием советского периода. Развал Советского Союза способствовал появлению большого числа юридических трудностей, касающихся идентификации обладателя прав на какое–либо произведение. Для успешного разрешения этих сложностей между странами, входящими в состав Содружества Независимых Государств, в 1990-х – первой половине 2000-х годов было заключено весьма большое количество договоров.

По состоянию на сегодняшний день, заключены и результативно действуют несколько конвенций, касающихся вопросов организации обмена информацией между странами, а также формированию в этих странах баз данных по авторскому праву. Правда, действие этих договоров бывает не всегда эффективным, когда речь заходит о такой динамичной информационной среде, как сеть Интернет. Вероятно, это связано с тем, что развитие «всемирной паутины» идет значительно быстрее, чем заключаются новые соглашения в сфере авторских прав.

Отдельно следует сказать о влиянии на механизмы развития международного авторского права участие России в такой международной организации, как Таможенный Союз (ТС). В сентябре 2012 года Коллегией Евразийской комиссии (которая выступает надрегиональным регулирующим органом Союза) утверждается положение о создании Консультативного Совета по интеллектуальной собственности. Полномочия этого органа ТС впечатляют: помимо аналитических исследований уже заключенных международных договоров (а зачастую – и просто опыта стран), касающихся охраны прав интеллектуальной собственности, Консультативный Совет будет разрабатывать и подготавливать международные договора, решения и рекомендации Евразийской комиссии для государств-участников ТС.

По всей видимости, развитие авторского права в России в ближайшие годы будет напрямую зависеть от решений, принимаемых этим Консультативным Советом. Весьма маловероятным представляется вариант развития событий, при котором ВОИС серьезно изменит свою структуру и политику и начнет «закручивать гайки»: это весьма «пожилая», и, во многом, поэтому исповедующая консерватизм, организация.

И все же быстрое развитие информационных технологий, средств хранения, передачи, обработки и защиты информации вынуждает переоценивать базовые конвенции, подновлять их. Ибо, удобные и понятные для повседневной деятельности, эти конвенции становятся «тормозом» для зарождающихся сегодня принципиально новых схем взаимодействия между автором, обладателем прав на произведение и конечным потребителем.

Возврат к списку